Virizan: Realm of Legends

Объявление

JULIANLAURETTELYSANDERLEVANA
01/12 Winter is here! Доставайте свои шубы, меховые шапки и валенки - у нас холодно. Очень холодно. И, как всегда, начинаем новый сезон с леденящего душу дизайна. Впереди зимние квесты, готовьтесь!
29/10 Виризан объявляет неделю празднования Хеллоуина, в связи с чем открывает флешмоб со сказочной тематикой - не пропустите наш маскарад!
12/10 Подведены итоги празднования первой годовщины проекта - поздравляем победителей и вручаем им и всем участникам заслуженные призы!
01/10 Завершен первый этап Anniversery Contest, но праздник не заканчивается - впереди второй и последний этап юбилейной серии конкурсов!
23/09 Happy Birthday to you! Happy Birthday, Mr. Virizan! Форуму исполняется год! Тягаем за уши именинника, несем подарки и шумно-весело-задорно празднуем день рождения. Ах да, куда же без новых одежд для родного проекта: надеемся, вам придутся по вкусу кофейно-осенние тона. Не ходите по другим форумам, ведь наш праздник только начинается!
16/09 Осенняя сюжетная глава официально запущена!
12/09 Итоги летней сюжетной главы подведены и открыты к ознакомлению. Осенние квесты не за горами!
02/09 В качестве подготовки к празднику объявляем старт флешмоба со сменой пола, который начнется завтра. Дорогие гости, просим вас не удивляться - многие на две недели представят себя в новом облике!
01/09 Не пропустите объявление - весь Виризан официально встречает осень! Что же нас будет ждать в месяц перед первой годовщиной проекта?
09/07 Готовьте кошельки, ведь для покупки наконец доступны артефакты и зачарованные вещи! Подробнее прямо по ссылке.
17/06 Летняя сюжетная глава официально открыта!
03/06 Не пропустите объявление - весь Виризан официально встречает лето! Что же оно нам принесет?
01/06 Первый день лета: море, солнце и... новый дизайн!
▪ магия ▪ фэнтези ▪ приключения ▪ средневековье ▪
▪ nc-17 ▪ эпизоды ▪ мастеринг смешанный ▪

▪ в игре зима 986-987 года ▪

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Virizan: Realm of Legends » На перепутье времен » людям открываются потрясающие возможности...


людям открываются потрясающие возможности...

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Людям открываются потрясающие возможности.
Стоит только... Поздороваться.

https://i.imgur.com/SCOrYEo.gif https://i.imgur.com/apJpEva.gif
Sharlyn Goldwine & Sylvanna • Донерин, Скайхай, сентябрь 966 года, утро

Сильвана впервые посетила Скайхай вместе с наставницей, и пока у последней
дела, девочка имеет возможность прогуляться. Как раз в этот момент она
встречает Шарлин — та немногим старше, но разве это помеха для
совместных приключений?

Отредактировано Sylvanna (2018-02-04 21:53:46)

+5

2

[indent] Как часто мы возвращаемся туда, где когда-то были счастливы. Желание заново пережить схожие ощущения заставляет нас посещать эти места снова и снова, чтобы отыскать в мельчайших деталях отзвуки нашего прошлого. Для молодой кинны таковым убежищем является родной Донерин. Этот край, с одной стороны опаленный дыханием Долины жнецов и теснимый своенравным морем с другой, навсегда поселился в сердце Шарлин. Леса и поля, окружающие Перегрин, кажутся ей не такими просторными и бесконечными, как водная гладь, ускользающая из-под неровного скалистого берега и стремящаяся к идеальной линии горизонта. Зима в Фарвайне глуха и однообразна, она не идет ни в какое сравнение с силкхорноской – овеянной сезонными штормами, неспокойной, разъяренной. Белокаменные стены Замка надежны, но слишком толсты, чтобы через них проникали отзвуки внешней жизни; другое дело в Донерине, где воздух наполнен гомоном морских птиц и шумом накатывающих на берег волн. Изголодавшаяся по родным местам, уставшая за год от материнских страхов и волнений, супруга Линда Голдвина выпрашивает для себя эту желанную поездку и получает согласие. Сборы начались в тот же день и проходили спешно – слишком уж ей хотелось вырваться из опостылевших стен и оказаться в объятиях любящих родителей. Помимо годовалого Лисандра (разлука с сыном казалась невыносимой и кощунственной) в путешествие с кинной отправились и дети ее предшественницы, покойной леди Лорейн. Шарлин стремилась показать им настоящий Донерин, не ограничиваясь одними только рассказами. Ей хотелось, чтобы они полюбили его так же, как и она сама. Не имея ничего, кроме этого места, она делилась самым дорогим.

[indent] Здесь поет сердце. Оно переполнено восторгом, когда порыв соленного ветра треплет светлые волосы и подол платья. Задыхаясь, хочется смеяться так же громко и искренне, как делает это маленький Лис на руках у своей бабушки, леди Дейдре. Кинна вспоминает свое детство и не может поверить, что когда-то была так безответственна, что сбегала из дома и вместе с сестрой бесстрашно исследовала окрестности. Представив, что через каких-то десять лет ее сын вырастет и так же будет ускальзывать из-под ее надзора, молодая мать ужаснулась и стала еще более ласковой с собственной родительницей. Познав определенный опыт материнства и супружества, две женщины пытались поделиться друг с другом своими мыслями, рассказать о том, что было пропущено, вспомнить минувшее. Пребывание в отчем доме и теплое сентябрьское солнце вернули Шарлин ее улыбку. Она все чаще стала находиться в прекрасном расположении духа и смеяться, пренебрегая положенной ее высокому статусу сдержанностью.

[indent] Проснувшись слишком рано, леди Силкхорн не спешила выбираться из теплой постели. Она лишь вспорхнула на мгновенье, чтобы открыть окно и впустить внутрь свежего воздуха, а потом обратно нырнула под одеяло, прикрыв босые ноги. Деловито убрав за ухо прядь распущенных волос, кинна высыпала на постель из небольшой резной шкатулки несколько необычных ракушек, кривую жемчужину, пуговицу и прочие сомнительные предметы, которые вовсе не должны храниться в женских шкатулках. Все это – воспоминания: жемчужину выловила Рагна в тринадцать лет и подарила ее младшей сестре; ракушки были найдены на берегу и казались настолько красивыми, что рука не поднялась выкинуть их обратно в море; пуговицу малышка Шери приметила на новеньком отцовском мундире и захотела себе такую же, позже умудрившись срезать ее в тайне ото всех – это событие казалось маленькой сороке самым настоящим грехом и еще долго терзало ее совесть! Перебирая пальцами предметы перед собой, кинна улыбалась вслед своим мыслям. Так спокойно и мирно на душе не было уже давно. Да и не чувствовала она себя сейчас супругой правителя скайхайских земель, а простой семнадцатилетней растрепанной девчонкой, разрумянившейся со сна и мечтающей о чем-то приятном.
[indent] Со стороны открытого окна донеслись обрывки чьих-то голосов – вестник пробуждающегося после ночи Донерина. Откинув край одеяла, Шарлин касается ногами пола и ощущает прохладный поток сквозняка. Оправляя ночную рубаху, молодая женщина подходит к открытому окну, с любопытством рассматривает открывающийся вид. Сердце заходится радостью и девичьим непокорством. Захотелось оказаться там, внизу, где снуют люди-муравьи, голосят торговки, расхваливая свой товар, играют дворовые дети, вышагивают бравые дальмасские моряки с темными глазами. Еще мгновенье и леди Силкхорн бросилась в сторону дверей, звонким голосом зовя прислугу и требуя одеваться. Но не в шелка и бархат, а в простое холщевое платье, которое велела отыскать тотчас.  Спустя полчаса светлейшая кинна в одежде не со своего плеча практически походила на простолюдинку. Выдавали ее только белые руки, не знавшие труда, да точеные черты лица, свойственные благородному сословию. Исполнительная дворня послушно осталась в покоях, когда светловолосая госпожа исчезла из замка. Вот так, пренебрегая своими же собственными обещаниями, Шарлин в очередной раз сбежала ото всех, отправившись на шумные донеринские улицы инкогнито.

[indent] Глаза разбегаются от обилия мягчайших дальмасских тканей, которые ласкают нежную кожу, стоит только коснуться их рукой. В окружении таких же падких на красоту женщин Шарлин надолго задержалась у ткацких прилавков, присматривая материал на обновки. Дальше людской поток унес ее в сторону, к небольшой площади, где выступали бродячие артисты. Молодая леди попыталась увидеть представление, привставая на носочки и выглядывая из-за чужих голов. Не добившись успеха, она беспечно отвернулась и отправилась дальше. У лавки с плетенными клетками, в которых беспокойно щебетали маленькие пташки, Шарлин натолкнулась на гадалку. Скользнув беглым взглядом по женщине в ярком тряпье, кинна отвернулась. Та же воспользовалась моментом и крепко вцепилась в белую ручку:
[indent] - Все расскажу, красавица! Что было, что будет… - Женщина настойчиво перевернула ладонь и начала всматриваться в переплетение линий. – Первой слывешь среди всех… Вокруг крутятся многие, а в сердце один был и останется. И ты у него, так-то.
[indent] Светловолосая леди удивленно поднимает взгляд на вещунью, повинуясь извечной женской падкостью на такого рода предсказания.
[indent] - Говори, - вся базарная суета в тот же миг потеряла значимость, остались только черные глаза уроженки южных стран и ее вкрадчивый сладкий голос.

[icon]https://i.imgur.com/xmErVkS.gif[/icon][info]<b>Шарлин Голдвин, 17</b><br>----------<br>скайхайская кинна;<br> ----------<br>[/info]

Отредактировано Sharlyn Goldwine (2018-05-28 12:35:19)

+5

3

Раньше Сильвана никогда не бывала в Скайхае. Всё кажется ей таким необычным, прекрасным, новым. А ведь, по сути, как мало нужно человеку для счастья — лишь уверенность в том, что ему есть, куда и к кому идти, да новые впечатления. Кто-то может не согласиться — мерило успешной жизни для каждого разное, но для девочки, которая росла в не слишком приятных, говоря мягко, условиях то, что происходит сейчас, является вершиной наслаждения. Она никак не может перестать улыбаться и постоянно ловит на себе немного насмешливые, но добродушные взгляды Сильвии — наставница, кажется, даже без слов понимает, что испытывает её подопечная в эти мгновения. Здесь даже дышится свободнее, или это юной Силь так кажется? Не так давно она взяла себе новое имя, решив навсегда покончить с прошлом. Какая жалость, но у неё мало тех детских воспоминаний, которые хочется бережно хранить в своём сердце, не раскрывая их никому. Только для себя. Тёплые, радостные, с привкусом маминой ласки... Подобными воспоминаниями обладают практически все дети, и Амелия — тогда ещё она носила такое имя — чувствует себя немного обделённой. Ей ведь только и нужно было, что несколько ласковых слов со стороны матери, но та была слишком занята собственной жизнью, чтобы много думать о дочери. Стоит ли удивляться, что, получив возможность оставить такое прошлое позади, девочка хватается за неё, не раздумывая? Её ведь восхищает Сказочница. «Однажды я стану такой, как она».

Она восторженно впитывает в себя всё новое, дышит и не может надышаться. Ловит солнечные лучи, которые путаются в волосах, и думает, что мир, на самом-то деле, действительно прекрасен, кто бы и что ни говорил. Сказать, что у девочки счастливая жизнь? Ну, едва ли, если измерять счастье золотом. Она уже успевает оценить прелести кочевой жизни; наставница не жалеет на юную Силь ни собственных средств, ни внимания, ни заботы. Пока что девочка не понимает, чем это всё вызвано, да и думать об этом не хочет — есть ли разница, если ей хорошо, вот так просто, безо всяких вопросов? Быть может, подсознательно она опасается, что ответ, если вдруг вопрос всё же будет задан, ей не понравится, поэтому медлит. Или не думает об этом вовсе.

С самого утра Сильвана на ногах. Ловкая, прыткая, игривая и улыбчивая, она с лёгкостью находит общий язык с окружающими её людьми. Говорит на ломаном скайхайском — Сильвия неплохо её обучила, и всё же практики как таковой у девочки не было, но её это не пугает и не расстраивает. Всё ведь такое новое и прекрасное, разве есть сегодня место какому-либо недовольству? Нет, по её личному мнению, такого быть не может, только не сейчас. И она гуляет, впитывает в себя атмосферу Донерина, желая запечатлеть в своей памяти каждое мгновение. Конечно, она не верит, что это её последнее приключение, но, по крайней мере, оно едва ли не первое. В начале пути мы всегда радуемся чему бы то ни было, всегда восторгаемся происходящим. Как бы не растерять этот запал — прекрасное чувство, когда хочется обнять весь мир, да не отпускать. Когда кажется, что он отвечает тебе взаимностью. Когда улыбаешься случайному прохожему, и ловишь такую же, разве только немного удивлённую улыбку в ответ. Жизнь всё же хорошая штука, с какой бы стороны на неё ни посмотреть. Многие могли бы не согласиться, но она сейчас не послушает. Юной Силь сейчас слишком хорошо для этого.

дальмасские ткани её не привлекают — видела уже, прикасалась кончиками пальцев. Пожалуй, рынок не так уж сильно отличается от тех, на которых она уже бывала, но Силь всё равно не в силах сдерживать улыбку, которая так и не сходит с губ. Девочка задаёт вопросы, над неё добродушно посмеиваются, подмечая, что выговаривать то или иное слово нужно не так. Южанка не обижается, она учится и попросту наслаждается жизнью. На карманные расходы у неё есть несколько монет, которые Сильвана тратит на безделушки и яблоко в карамели — потрясающе вкусное лакомство, которое она действительно очень любит. Утолив таким образом свой голод (пускай самую малость, но всё же), она направляется дальше, мимо уличных артистов, на которых успела посмотреть, мелькнув под ногами собравшихся зевак и якобы случайно ухватив небольшой кошель у одного из них.

Она пока только учится быть воровкой, и получается неплохо, хотя... Сильвия бы не одобрила. Девочка пожимает плечами, оказавшись в безопасности, быстро пересыпает небольшую горсть монет в свой карман, а кошель выбрасывает — такая ведь у человека её возраста всегда вызывает вопросы. И не факт, что получится заявить, что она здесь с отцом или братом. Лучше не рисковать.

Замечая чуть поодаль небольшое оживление, девочка, подобрав юбки, тут же спешит туда. Снова, не особо церемонясь, проталкивается между плеч людей, которые гораздо выше (и даже старше) её, чтобы посмотреть, как гадалка — судя по одежде — пытается рассказать «судьбу» миловидной светловолосой девушке. Вообще-то в любой другой ситуации Силь бы лишь посмеялась, качая рыжеволосой головой, но сейчас ей почему-то не хочется. Что-то толкает её вперёд, к этим двоим, хотя, может, и не стоило вовсе. Но она ведь прекрасно знает, как получают деньги подобные «гадалки», у которых даже толики того дара, о котором они говорят, нет и в помине. Она ловко оттирает не ожидавшую подвоха гадалку и берёт руку незнакомки в свою, ладошкой вверх. Деловито водит по ней кончиками пальцев, хмурит брови, негромко сопит и щёлкает языком.

— Любви ты желаешь неземной, такой, чтобы голова кружилась, — говорит она, подхватывая начатую игру, — Любви и счастья женского, да будет всё это у тебя, обязательно! Вот пройдёт ещё год, три месяца и семь дней... — на этом моменте Силь не выдерживает, замирает, так и не подняв головы, но замешательством пользуется гадалка, уже пришедшая в себя после столь наглого вмешательства в её работу:

— Да кто ты такая, девочка? А ну кыш отсюда, пока я стражников не позвала! Ишь, чего удумала — честных людей заработка лишать, я ведь будущее предсказываю, такое же ясное, как этот день!

— Ох, да ладно, будущее! Вы сами-то его не знаете, только берёте дань за красное словцо и то, что человек желает услышать... — её южный акцент отчётливо слышен, но девочка как-то совсем об этом не беспокоится. Она осторожно берёт ладонь незнакомой девушки в свою и тянет её подальше от потрясающей кулаками гадалки. — Прости, но я не могла смотреть на то, как тебя обманывают. — заявляет она, широко улыбаясь и не думая о том, что, быть может, светловолосая юная персона, которая удивлённо на неё взирает, гораздо выше по положению самой Силь. Здесь и сейчас они равны — обе молодые, только начинающие жить. Да, пожалуй, так оно и есть.

+5

4

[indent] Лицо у женщины-гадалки открытое, светлое, мягкое, в него так и хочется доверительно заглядывать, нырнуть в черень глаз и узнать то, что она видит своим поразительным даром предвидения. Соблазн заранее прочитать свою судьбу велик, от него трепещет сердце, предвкушая только радости и счастье, забывая о существовании несчастий и бед. Еще больше хочется знать, что ее впереди ждут годы и десятилетия, долгая жизнь, на протяжении которой девушка останется любима и будет любить в ответ – первое предсказание попало точно в цель, оно как пароль, как верное слово открыло всю душу навстречу незнакомке. Белая ладонь требовательно протянута гадалке. Серо-голубые глаза Шарлин в упор смотрят на пророчицу. Ну же, вопрошают они, скажи мне, что все будет хорошо! Скажи, что я буду счастлива! Что никогда не упаду с тех высот, на которые вознеслась! Скажи, скажи!

[indent] - И-и! Такая молодая, а на руке уже столько дорожек, которые предстоит пройти. Сколько увидишь, сколько узнаешь, красавица! Разочарование, сильное, крепкое. Но не бойся, переживешь. Голова твоя светлая, гордая, высоко поднята. А сама боишься споткнуться. Скажи, даже если и споткнешься, разве некому тебя подхватить, барышня? Руки к тебе тянутся так же, как и твоя ко мне. А снится тебе море. Ему ты свое сердечко отдала, м?

[indent] Шарлин не замечала собравшихся вокруг них людей, с интересом ловящих чужое предсказание. Она видела только лицо гадалки, обрамленное пышным снопом черно-седых волос. И то оно было как бы слегка поддернуто дымкой, нечеткое. Зато черные глаза, подведенные сурьмой, ох как горели, полыхали, огнем пожирали доверчивую девичью душу, не замечающую вовсе, что свободная рука пророчицы осторожно тянется к закрепленному на поясе кошелю светловолосой леди. Напевный голос убаюкивает. Пальцы, держащие раскрытую ладонь, мягко, осторожно поглаживают ее, успокаивая. Голдвин и правда теперь слышала только шум моря, накатами гремящий в голове. Ей до безумия, срочно захотелось оказаться на берегу, подставить лицо соленым брызгам, а ноги – ласковым волнам, манящим, утягивающим податливое тело все глубже и глубже. Девушка сама не понимает, что задумчивая улыбка ложится на ее губы.

[indent] А потом все проходит, вмиг слетает, как сон после резкого пробуждения. Быстро заморгав, Шери недоуменно смотрит на молодую девчушку, перехватившую ее руку у гадалки. Она не отбирает ладонь, выслушивая новое предсказание, сулящее неземную любовь и сладкое блаженство – все лучше, чем обещанное ранее разочарование, не так ли?

[indent] Та, что выхватила первой дочь эрла из толпы, меняется на глазах. В одно мгновение она теряет свой образ, превращается из ласковой мурлычущей кошки в ощерившегося зверя, готового отбирать у соперницы свою добычу. При звуках ее отнюдь не сладкоголосой речи, Шарли вздрагивает и оглядывается по сторонам. Только сейчас она понимает, что окружающие смотрят на нее, как на актрису уличного спектакля – не испытывая ни сочувствия, не жалости, лишь желание стать свидетелями очередной громкой разборки, о которой после можно будет рассказывать всем своим знакомым. Она для них просто развлечение, способное на пять минут прервать скучные, опостылевшие рутинные дела. Оказывается, взросление – это не только возраст, но еще и приобретенное умение видеть и правильно оценивать чужие поступки. Если раньше малышка Шери знала единственную разновидность смеха – смех от радости, то взрослая Шарлин поняла, что можно смеяться сквозь силу, горько, истерически, злобно, бездушно. Она увидела людей с новой стороны и испугалась их.

[indent] Рука напряглась, дернулась в сторону своей обладательницы. Но та, что вступила в пререкания с гадалкой, не отпускает ее, а лишь настойчиво утягивает за собой. Голдвин так хочется скрыться и раствориться в бездушной толпе, где до нее снова никому не будет дела, что она следует за незнакомкой.

[indent] - Обманывает? Почему она должна меня обманывать? – Растерянность и удивление отчетливо просматриваются на красивом личике молодой кинны. Она, наконец-то, освобождает свою руку и, стараясь скрыть нервозность, начинает оправлять свою одежду. – Это ее работа. И чем точнее предсказание, тем выше цена, разве не так? С чего вдруг я должна верить тебе, а не ей? И откуда ты только взялась?

[indent] Холеные ручки доходят до того места на поясе, где должен быть кошель. Теперь пальцы касаются только ремня грубой выделки. Пораженно застыв, Шарлин до последнего сопротивляется мысли о случившемся грабеже. Она настолько не хочет быть обманутой гадалкой, что хватается за первое попавшееся оправдание – деньги выпали и сейчас где-нибудь валяются, дожидаясь свою хозяйку. Все еще держась пальчиками за ремень, девушка начинает оглядываться, бормоча себе под нос «где же он?»

[icon]https://i.imgur.com/xmErVkS.gif[/icon][info]<b>Шарлин Голдвин, 17</b><br>----------<br>скайхайская кинна;<br> ----------<br>[/info]

+1

5

Вообще-то она не любит вмешиваться в подобные дела — какое ей дело? Сильвана может только наблюдать издалека и потихоньку вытаскивать кожаные кисеты у зевак, рассматривающих бесплатное представление с особым интересом. Неужели кто-то верит в эти сказки? Всё ведь так просто: смотришь на миловидную молодую девушку — говоришь ей о любви. О мужчинах, готовых эту любовь дарить, о романтике... Подбирать слова, чутко отзываясь на реакцию, не так уж и сложно, просто нужна своего рода сноровка. Её можно обрести благодаря практике, практике, практике — Силь знает об это не по наслышке. Что и говорить, она сама подобным иногда промышляет, да вот кто поверит девчушке, в чьих волосах запутались солнечные лучи? У неё ещё нет того доверительного, проникающего в самую душу взгляда, нет голоса, ласкающего слух. Она только учится, но однажды сможет плести паутину своих рассказов так, что будет вести за собой людей. Мечты, мечты, какими же они бывают сладкими! Что тот мёд, который начинающая Сказочница успела испробовать по прибытию в киннерит.

Да, и правда, обычно — не вмешивается, но сегодня решает поступить иначе. Она сама не знает, в чём причина, но, вероятно, больно уж приглянулась ей светловолосая аристократка. Такие обычно морщат носы, когда рядом появляются такие, как Сильвана. Нет, последняя — не оборванка, наставница делает всё, чтобы её воспитанница выглядела должным образом. И всё же даже невооружённым взглядом видно, что её пускай чистое, ладно скроенное платье сшито не из шелков, а плащ, накинутый на плечи, спасает разве только от порывистого ветра, но совсем не от холода. Быть может, уже через несколько минут девочка пожалеет, что решила вступиться за незнакомку. А, быть может, и нет.

Гадалка рвёт и мечет. Ей не нравится, что кто-то уводит добычу, да ещё и обвиняя старуху в обмане — подумать только, какая-то девчушка осмелилась парировать все её выпады, все елейные речи, которые так и лились из губ гадалки да в уши светловолосой ширы! Или леди, как принято в Скайхае — не так уж и важно в данный момент, хотя эта мысль почему-то заседает в голове южанки. Забавно, как порой некоторые моменты запоминаются лучше, чем необходимая человеку информация...

Вступать в конфликт Сильвана не намеревается (она обещала наставнице, что не станет искать неприятностей на свою шальную голову, и собирается это обещание исполнить, хотя сейчас это кажется очень сложным), поэтому и отводит спасённую девушку в сторону, подальше от плюющейся ядом — Силь с усмешкой думает, что, вероятно, это вовсе не фигуральное выражение, — а вслед им несутся едва ли не проклятия. Ладно, это девочка способна проглотить, хотя отчаянно хочется ответить крепким словцом. Будь она одна — так бы и поступила, но рядом находится та, которая хотела верить словам гадалки, и Силь непроизвольно смущается. Смущается, потому что выглядит далеко не так хорошо, как эта северная красавица. Чувствует себя дурнушкой, но решает не акцентировать на этом внимание, даже собственное. Зачем бы?

— А почему она должна говорить правду? — Силь это кажется настолько логичным замечанием, что она даже не замечает, как из её захвата вырывается изящная ладонь. Смотрит на девушку удивлённо и даже самую, самую малость — жалостливо, — Верно, это её работа. И чем сильнее тебе понравится сказанное — тем больше ты ей заплатишь, поэтому она, даже если вдруг — в чём лично я очень сомневаюсь — знает правду, то всё равно будет говорить лишь то, что тебе понравится. Что ты хочешь, дабы напели в твои уши. — девочка пожимает плечами, — Она не сказала ничего конкретного, ничего, чего нельзя было бы выдумать, разве не так? Подумай об этом хорошенько. — она улыбается, демонстрируя ямочки, и по-птичьи наклоняет голову набок, с ненавязчивым, хоть и неприкрытым интересом рассматривая незнакомку. Та ей явно не доверяет, и Силь не может её винить. Быть может, она бы вела себя так же, но девочку это не останавливает, и она всё так же сверкает улыбкой.

— Можешь мне не верить, я же тебя не заставляю. Но всё равно, вспомнив мои слова чуть позднее, ты поймёшь, что я была права, — сейчас она выглядит почти самодовольно, — Я... Я из Дальмаса. — это, конечно же, всё объясняет. Силь хочет сказать ещё что-то, но потом замечает, что её собеседница отвлеклась; она словно бы что-то ищет. Даже тихо шепчет «где же он?» — кошель потеряла, что ли? — Ты что-то потеряла? Мы можем вернуться и поискать. Или... Ах! — Сильвана нехорошо щурит глаза и скрещивает на груди руки, понимая, куда могла подеваться пропажа. Правда, едва ли они теперь смогут найти гадалку, но стоит попытаться. — Вот ведь гадина! Уверена, это та «гадалка» тебя обокрала. Нужно её найти! — это ведь очевидно, как то, что сейчас день и они находятся в Донерине. Силь снова хватает незнакомку за руку и ведёт её обратно, пылая при этом праведным гневом.

+1

6

[indent] Эта бесцеремонная девчонка вызывает у Шарлин слабый отголосок отторжения и недоверия. Посудите сами, кому понравится, когда его веру во что-либо подвергают сомнению, разметав все по мелким камешкам? Правильно, нет таких. Вот и эрловская дочь, воспитанная в родительской любви и уважении, как маленькое донеринское божество, редко слышала критику в свой адрес, не знала преград для своих спонтанных желаний. Захотелось ей сбежать на ярмарку вместе с Рагной – сбежала, не последовало никаких запретов и дальнейшего усиления контроля. Решила провести весь день на побережье в обществе моряков и ныряльщиков, босыми ногами утопая в мокром песке и задрав юбку до колен? Пожалуйста, это земля ее отца, а значит, что отчасти и ее собственная до тех пор, пока не будет найден наследник мужского пола, названный следующим эрлом Силкхорна. Захочется Шарлин отправиться вместе с мужчинами на соколиную охоту, так через считанные минуты ее будет ждать оседланная лошадь, а травля не начнется без разрешения этой маленькой леди. Хочется новое платье? Назавтра же будет вызвана портниха, которая принесет с собой лучшие ткани, аналогов которым нет ни в одной ткацкой лавке на рынке. Дарительница слишком благоволит этой северянке с глазами цвета морской глади. И что она в ней нашла? Красивое личико, которым на время успел плениться и сам Линд Голдвин? Или мягкие пальцы, перебирающие с изяществом лютневые струны? А может ее пшеничные волосы, слегка вьющиеся, невесомые, развевающиеся от любого порыва ветра и опадающие на плечи нежными волнами? Кто знает, за что боги выбирает себе любимчиков и целуют их в чистый бархатный лоб, когда они еще младенцами сладко спят в материнской колыбели…

[indent] Сейчас же девушка хотела лишь одного – верить в благополучность своего будущего. Именно это ей пообещала гадалка на городской площади, та, что краем глаза может заглянуть в планы Богов. Эта уверенность нужна была ей для того, чтобы спокойно спать по ночам и не дежурить у постели сына, вслушиваясь в его мерное дыхание; чтобы не зарождалось сомнение, когда супруг приглашает на танец одну из придворных дам, а не ее, молодую жену, так же желающую ловить на себе восхищенные взгляды и воспринимать музыкальные такты, как биение своего сердца. Но самое главное – как же Голдвин хочется быть уверенной в том, что она сделала правильный выбор, поднявшись по ступеням Белого Замка и позволив возложить себе на голову жемчужный венец. Пройдет время, и Шарлин оглянется назад, увидит и поймет ошибки, совершенные в молодости, и вспомнит счастливые дни, которые хоть немного согреют ее отпускающее жизнь тело. Но сколько ждать этого момента, этой развязки истории, которая началась два лета назад! Молодость не умеет ждать. Она зажигает в нас порывы эмоций, странных желаний, которым слабые души сполна потакают.

[indent] И вот молодая кинна успела расплатиться за право услышать обещания грядущих благих дней кошелем с коронами. Монеты ничего не значили для Шарлин, она порой даже не могла соотнести цены, много или мало просят за тот или иной товар. Женщинам из обеспеченной семьи не пристало забивать голову такими вещами, скорей следует знать о покорности, красоте и гордости рода.
[indent] Голдвин смутил и задел не сам факт пропажи, а ее беспомощность в данной ситуации, это бессилие, простодушность, напоровшаяся на острие коварного расчета. Если бы гадалка попросила, девушка бы добровольно отдала положенную плату, присовокупив пару монет в благодарность. Но эта подлость, эта… Ей даже некому пожаловаться на случившуюся несправедливость – отец отчитает доверчивую дочь, а муж скорей всего рассмеется, назвав ее в лучшем случае глупой. Те, кто должен защищать ее от всех тягот жизни, ничего с этим не поделают.

[indent] Пальцы все так же цепляются за пустой ремень, а взгляд блуждает по разношерстной толпе, беспорядочно снующей на расстоянии шага. «Подумай об этом хорошенько,» - говорит незнакомка, и Шарлин послушно думает.
[indent] Та старуха сказала, что ее сердце пленило море. Верно. Но разве Донерин не портовый город? Каждый его житель с детства слушал морские колыбельные, учился распознавать шторма задолго до их наступления, собирал дары водной стихии, будь то рыба, жемчуг, водоросли или же остатки кораблекрушений. Все донеринцы добровольные пленники этого места. Даже дочь Адимира, переселившись в богатые палаты столичного замка, стремится провести несколько недель в году на жемчужном побережье. К тому же гадалка могла увидеть, как девушка увлеченно разглядывает диковинные ракушки и кораллы на прилавках, из чего сделала соответствующие выводы о ее пристрастиях…
[indent] Что забралась высоко…? Разве леди не выдает ее осанка и размеренные движения? Простолюдины слишком суетливы, они привыкли к каждодневной борьбе, подобны разгоряченным на охоте борзым, готовым вырывать добычу зубами. Высшее сословие из поколения в поколение искореняет в себе эти вредные привычки, воспитывает холодность ума и сердца. Каждый их жест – это благость и скупость в одном флаконе, щедрость сильных мира сего.
[indent] А что боится упасть низко, итак понятно. Кто же желает потерять то, что имеет?
[indent] В сердце один… В груди сладко замирает при упоминании данной части пророчества. Но в голове сразу же звучит отрезвляющий голос темноволосой девчонки – да разве ж у юной девы бывает сердце пусто? Разве молодость и красота не привлекают мужчин, которые вьются вокруг подобно мотылькам вокруг яркого пламени?

[indent] «Гадина!» Шарлин вздрагивает и испуганно поднимает взгляд на незнакомку, чтобы убедиться, что это адресовано не ей. Сердечко быстро колотится, больно бьет по ребрам. Стоило бы сей же час вернуться домой, снять это одежду простолюдинки, облачившись в расшитые шелка, и провести все утро в детской рядом с младшим кинесвитом, а главное – забыть о случившемся досадном эпизоде. Северянка готова уже отступить назад, но перед этим она успевает спросить:
[indent] - С чего ты взяла…?
[indent] Девчонка снова хватает ее за руку и тянет в одном известном ей направлении. Голдвин покорна. Она лишь оглядывается по сторонам, ищет глазами тех, кто мог бы ее узнать и разрешить эту ситуацию мирно. «Кто-нибудь,» - кричали ее красивые голубые глаза – «помогите!» И снова никому нет дела до чужих проблем. Новая волна испуга холодит пальцы кинны.

[indent] Путешествие по улицам Донерина длится недолго. Или, может быть, Шарлин потеряла счет времени, разглядывая дома и людей, встречающиеся им по пути? Волнение сменилось азартом, в лицо ударил здоровый румянец, разогнавший изысканную бледность.
[indent] - Куда ты меня привела? – почти с нетерпением громко шепчет светловолосая девушка, убыстряя шаг и начиная шагать вровень со своей спутницей. Знавшая, где живут самые состоятельные и значимые люди города, леди Силкхорн не посещала более бедные жилые районы. Увиденное же пробудило в ней любопытство. – Неужели ты думаешь, что мы сможем найти эту женщину? Она ведь может скрываться за любой дверью! Ты же не собираешься врываться в чужие дома, так ведь?
[indent] Голдвин сталкивается взглядом с маленьким мальчиком лет пяти, босоногим, одетым в рванную нижнюю рубаху с чужого плеча. Чумазый малыш засунул палец в рот и пускает голодные слюни, тараща свои карие глаза на прохожих. Чтобы разглядеть его, Шарлин пришлось вывернуться, снова отстать от темноволосой. Больше, чем жалость, она испытала предательское облегчение – слава Благим Богам, ее сын сейчас под присмотром заботливых нянь, прекрасно одет и сыто накормлен. И она все отдаст, чтобы так оставалось всегда!

[icon]https://i.imgur.com/xmErVkS.gif[/icon][info]<b>Шарлин Голдвин, 17</b><br>----------<br>скайхайская кинна;<br> ----------<br>[/info]

+1

7

Иногда людям необходимо подтверждение чего-либо, чтобы они сами могли в это уверовать. Так ребёнок, совершая свои первые шаги, жаждет одобрения родителей — да, конечно, он сможет продолжать свой путь дальше и без оного, однако, этот путь будет слаще благодаря нескольким приятным словам. Так работник, завершив то, над чем трудился и во что вкладывал всю свою душу, жаждет не только справедливой оплаты, но и радости в глазах тех, для кого он старался. Возможно, некие сходные чувства охватывают светловолосую юную деву, за которую Сильвана так рьяно вступается, даже не успевая толком задуматься. В жизни южанки было достаточно лжи и притворства, поэтому сейчас ей почему-то кажется совершенно несправедливым, чтобы кто-то обманывал эту доверчивую светловолосую северянку. Хотя пора бы уже научиться держать язык за зубами: не всем подобное вмешательство по нраву, и счастье, что незнакомка не намеревается звать стражу... Правда ведь?

Может быть, Сильвана сама слишком много лжёт, чтобы не распознать дерзкий обман за сладкими речами, которые произносит гадалка, словно заученный текст. Но ведь таковым он и является! Несколько сценариев — в зависимости от того, кто готов довериться «мудрой» женщине, а в то время, пока она вещает, пристально разглядывая ладонь, рядом наверняка вертится какой-нибудь мальчишка, готовый схватить кошель или дорогую вещь, да сбежать — только его и видели. Не так ли поступает она сама время от времени? Не говорит ли то, что человек жаждет услышать, тонко реагируя на каждое изменение в мимике, выражение лица? Это правда: южанка слишком хорошо знает, как на самом деле всё происходит. Удивляется лишь, какое ей самой дело: ну будет одной обманутой дамой больше, какая разница? Не её ведь веда, что незнакомка с соломенными волосами, отливающими золотом, оказывается настолько доверчивой. И всё равно Силь почему-то очень важно восстановить справедливость, как будто небольшим хорошим поступком она сможет искупить все былые свои грехи да прегрешения. Жаждет ли она искупления? Едва ли, разве только подсознательно, потому что девчонке нравится тот образ жизни, который ведут они с Сильвией. Всё так просто, весело и увлекательно, как же можно отказаться от подобного, променять вечные странствия и новые знакомства на размеренную стабильность? Да, разумеется, такая жизнь тоже не лишена своеобразной прелести, просто — не для неё.

Пока Сильвана озирается, надеясь отыскать в разномастной толпе кусочек пёстрой ткани, которую можно было бы принять за косынку гадалка, её невольная спутница, кажется, погружается в пучину собственных мыслей. Бросая на неё взгляд, Сивана невольно любуется, ведь всё в ней ладно: и точёная фигура, и стать, и волосы перекатываются по плечам волнами невесомыми, и глаза цвета глубины морской, и точёные, тонкие черты лица. Всё ладно, только взгляд растерянный, будто не понимает она вовсе, что происходит. А, может, и правда не понимает? Не укладывается в светловолосой голове, что вокруг так много лжи да предательства? Признаться, в какой-то мере Силь ей сочувствует, в какой-то — завидует этой красоте.

— С чего ты взяла…? — вопрос звучит недоверчиво, нотки сомнения пронзают мелодичный голосок, и Силь едва сдерживается, чтобы не закатить глаза. Не говорить же этой высокородной молодой даме, что она знает практически наверняка, лишь допуская, что может ошибаться, потому что сама поступает так же. Едва ли это поможет им найти общий язык — с выполнением этой задачи и без того возникает проблема. Будто Сильвана не видит, что незнакомка не доверяет ей, смотрит с подозрением, да и вовсе не особо рада навязанному обществу. Хотя юную ведьму это, конечно, ничуть не останавливает — нет никаких преград на пути к восстановлению утраченной справедливости. Юность кружит голову, и кажется, что всё ей по плечу, со всем она справится, и поможет вернуть кошель да, возможно, веру в людей. Хотя гораздо проще отпустить тонкое, нежное запястье, и убраться восвояси, сознательно избегая лишних хлопот. Признаться, желание так и поступить возникает спонтанно, но оно настолько острое, что едва ли не насквозь пронзает сердце. Едва ли кто-то одарит её тёплым взглядом и скажет «спасибо», так ради чего она старается? Силь стряхивает эту мысль одним движением головы и поджимает губы, уверенно глядя на незнакомку.

— Едва ли ты могла его просто потерять, верно? Или всё же могла? — она щурит с изумрудным отливом глазам и улыбается задорно, лукаво, но совершенно беззлобно. Ответа и не ждёт вовсе, поэтому уже через мгновение южанка, держа светловолосую за руку, прокладывает путь сквозь толпу. Как и предполагала, гадалки на том месте, где она стояла лишь некоторое время назад, уже нет, словно и не было совсем. Сильвана не удивлена, поэтому держит курс на район, где живут небогатые люди — она уже успела разведать, что к чему, и почти уверена, что гадалка направилась именно туда. У девочки нет определённого плана, она решает действовать по наитию, но намеревается найти эту женщину и вернуть бледнолицей аристократке её кошель.

— Я привела тебя туда, где живут люди с достатком ниже среднего, — терпеливо отзывается Силь, озираясь не без интереса, но не растрачивая своё внимание по пустякам. Цепкий взгляд выискивает что-то, что дало бы ей подсказку, где же на самом деле искать. Гадалка не могла вернуться домой так быстро — они потратили не так уж и много времени на дорогу... Или же Сильвана ошибается, и та уже давно считает монеты, греясь у камина. — Я не могу ничего тебе обещать, но почему я не могу просто ворваться в любой дом? — её забавляет удивление, которое мелькает в глазах спутницы, и Сильвана тут же смягчает свои слова улыбкой: — Не беспокойся, я не буду тревожить жителей этих домов лишний раз... Тем более, у меня есть идея. — идея как раз с интересом рассматривает незнакомок из-за ограждения одного из домов, носит оборванные штаны и обладает худощавым телосложением. Мальчишка, примерно того же возраста, что и Сильвана, явно не слишком часто видел гостей на этой улице. Выпуская ладонь светловолосой девушки, Силь подходит к нему и о чём-то тихо переговаривается. Мальчишка пожимает плечами, потом кивает и указывает куда-то грязным пальцем. Южанка улыбается, кивает теперь уже сама, а через мгновение вновь возвращается ко своей спутнице.

— Извини, но я пообещала ему несколько медяков, если мы всё же найдём твой кошель по его подсказке, — девочка пожимает плечами, дескать, не ей же за это расплачиваться, да и обещанная плата не так уж велика. — Зато он подсказал, где живёт похожая на моё описание женщина, нам нужно пройти ещё совсем немного. — и снова никаких гарантий, но Сильвана настроена решительно, а потому они вновь отправляются в путь. Поворот, ещё один — и Силь начинает отсчитывать третий дом справа. Он ничем не примечателен, такой же серый и унылый, как десятки других. Как же здесь можно жить? — Ты не передумала? Потому что я — нет. Но, думаю, тебе лучше остаться здесь. — едва ли незнакомка (почему Сильвана до сих пор не знает её имени?) захочет отправиться вместе с ней. — И раз уж мы проделали вместе такой долгий путь... Меня зовут Сильвана. А тебя?

+1


Вы здесь » Virizan: Realm of Legends » На перепутье времен » людям открываются потрясающие возможности...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC