Virizan: Realm of Legends

Объявление

▪ фэнтези ▪
▪ приключения ▪
▪ средневековье ▪

▪ эпизоды ▪ nc-17 ▪
▪ мастеринг смешанный ▪
AlmonNaveenaLysanderLevana
09/02 Дамы и господа, просим вас отметиться в опросе "Как вы нас нашли?" и тем самым помочь развитию форума!
01/02 Внимание, внимание всем скайхайцам! Стартовали всекоролевские выборы нового кинна, всем сознательным гражданам пройти на избирательный участок и отдать голос за достойнейшего.
04/01 Стартует очередная костюмированная мафия, спеши поучаствовать в детективной истории по мотивам «Убийства в восточном экспрессе». Также напоминаем, что еще можно отхапать лот в лотерее и подарить новогодний подарок.
24/12 Даем старт сразу двум праздничным забавам: не забудьте отдать свой голос в Virizan New Year Awards и получить маску на флешмобе!
18/12 Что это за перезвон колокольчиков в воздухе? Да это же виризанский Тайный Санта доставляет подарки! Обязательно загляните под свою пушистую красавицу. С наступающим вас!
09/12 Зима официально захватила Виризан, оставив своё послание на доске объявлений - не пропустите его и открытие новой сюжетной главы!
01/12 Встречаем зиму новым дизайном. Но не спешите расслабляться, это ещё не все: в преддверии Новогодних праздников мы решили растянуть приятности на весь месяц, так что объявляем декабрь месяцем дополнений, обновлений и маленьких милых сюрпризов. Не переключайтесь.
17/11 Внимание, внимание! Вот-вот стартует первая на Виризане мафия, спешите записаться!
13/11 Дамы и господа, обратите свой взор на Королевские семьи и персонажей, которые ждут тех, кто вдохнет в них жизнь!
28/10 Подошло время для открытия хеллоуинского флешмоба - на неделю мы меняем лица и сами становимся на место персонажей страшных историй.
25/10 Дан старт третьему сюжетному эпизоду - авантюрное соревнование между ирадийскими пиратами и торговцами-мореплавателями.
14/10 Этот день настал: стартовало сразу два сюжетных квеста для севера и юга, обсудить которые можно здесь. Творите историю, товарищи!
02/10 Дорогие наши друзья! Напоминаем, что сегодня последний день брони внешностей и ролей с теста. Собираемся с силами и дописываем анкеты.
23/09 Свершилось! Виризан открывает свои двери для всех приключенцев, желающих оставить след в истории мира и стать настоящей легендой. Выбирайте свой путь, друзья и... добро пожаловать!
[в игре зима 985-986 года]

"Не ходи через лес"
▪ Rhys Brand ▪
▪ Willa Goldwine ▪

"Вода и ветер сегодня злы"
▪ Jabal ▪


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Virizan: Realm of Legends » Сегодня в наших сердцах » Укрощение строптивой.


Укрощение строптивой.

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Укрощение строптивой
http://sh.uploads.ru/t/AXTdz.jpg


Гаспар Жумо, Алаис Матье • Дальмас, Ферет, 19.12.985 -

Получив "от ворот поворот", Гаспар Жумо, тем не менее, и не думает сдаваться. Он всеми силами и способами намерен стать мужем наследницы графства Ферет. Чего бы ему или ей это не стоило...

Отредактировано Alais Mathieu (2018-01-28 01:37:51)

+1

2

Алаис вовсе не горела желанием снова ехать к Розе, но мать настояла. Отцу в последние дни нездоровилось, и сама она навестить младшую дочь не могла, проводя у мужниной постели, едва ли не каждую свободную минуту. Дня три назад супруг Розы прислал письмо, где сообщал о том, что у него имеются вопросы по торговой сделке заключенной с графом, ну и его супруга, почтенная вальвассора, жаждет увидеться с родными. С рождением сына, Роза - по мнению Алаис - загордилась и раскапризничалась, посылая письма с голубями и гонцами, едва ли не каждый месяц. Вроде и взрослой женщиной стала, матерью, супругой, а подобные мольбы - опять же, по мнению Алаис - были ничем иным, как капризом заскучавшей, бесящейся с жиру  девицы.
“Делать нам нечего, как время свое тратить…” Бухтела про себя Алаис, когда спустя три часа дороги, они наконец въехали в лес. Сопровождала девушку на мышастом жеребце дюжина охраны. После той истории у пекарни, отец, собственно, и слег. Не смог простить себе того, что едва не отдал любимую дочь такому подонку, жалел, что сразу не схватил его и не посадил в темницу, а уж потом разобрался что и как там было в первую их лесную встречу. Злился и на дочь, которая допрыгалась таки, своим неумением держать язык за зубами. Но ничего не попишешь. Не запирать же, теперь, ее в замке из-за одного полоумного бастарда. Кстати, письмо, граф Ферет отцу Гаспара написал. Лично. И в тот же злополучный день отправил гонца, но тот пока не возвратился.
Даже на юге заметно похолодало, и Алаис, воспользовавшись тем, что Аверс сбавил ход, плотнее закуталась в теплый плащ до самого носа. Впереди ехал Леон и Жером, и еще двое стражей, по бокам и сзади остальные. Несмотря на то, что сказанное бастардом всерьез ее напугало, девушка смогла убедить себя в том, что ничего ей этот нахал не сделает. Взбесился от злости из-за того, что не получилось ее обаять. Ха! Да у него на лице написано: обаятельный гад!
Наговорил гадостей... Но не такой же он дурак, чтобы мстить шире.    Да упади с ее головы по его прихоти хоть один волос, отец достанет вальвассорского ублюдка из-под земли, еще и папаше вальвассору достанется…
В конце концов Алаис успокоилась, и практически выкинула тот инцидент из головы. К вечеру она уже будет сидеть в жарко натопленных покоях сестры, слушать ее нескончаемый щебет и качать на руках племянника.
- Стой!
Леон резко осадил свою кобылу, поднял руку. Алаис, вначале недовольно побуравила взглядом его спину, но после, разглядев то, из-за чего они остановились, тронула пятками бока жеребца, вынуждая его подъехать ближе.
Поперёк дороги лежало дерево.
Спешиваться и осматривать его нужды не было. И без того видно, что ствол крепкого, высокого клена изрыт глубокими бороздами оставленными топором.
- Поворачива… - договорить Леон не успел.
Что-то просвистело в воздухе. Лицо Алаис окропило чем-то теплым. Забулькало. Захрипело. А потом, тело стража мешком упала на землю.
- Заса-ада!
Донеслось со всех сторон. Испуганно заржали кони. Скрежетали о ножны вынимаемые охранниками графской дочери клинки. Алаис медленно, точно еще не осознавая что произошло, поднесла ладонь к лицу. Провела пальцами по лбу, щекам, губам…
Кровь. Алая. Липкая.
Сжала пальцы в кулак, все так же неторопливо, словно во сне, огляделась. Из кустарника к ним спешили вооруженные люди. Много.
- Что…
Не договорила. Жером, раненный арбалетным болтом в правую ногу, огрел Аверса по крупу развернутым плашмя мечом. Конь хрипло фырнул и понес всадницу прочь, взяв на бегу барьер в виде лежащего на дороге дерева. Алаис, все еще плохо сообращая, пригнулась к самой его шее, судорожно стискивая поводья вперемешку с конской гривой, оставляя позади своих, обреченных на гибель людей.
Хлопал за спиной полами плащ, подобно крыльям гигантской летучей мыши.
Их не грабили.
Их хотели перебить. Всех до единого...

Отредактировано Alais Mathieu (2018-01-30 04:22:25)

+1

3

Узнать о том, когда и куда поедет Алаис, было не так уж и сложно. Челядь всё так же любила золотые монеты. И если сыпать их щедрой рукой, слуги совершенно не думали о том, как распорядится незнакомец полученной от них информацией.
Так что к этой встрече Гаспар готовился заранее. И настолько тщательно, насколько мог.
Отыскать кратчайший путь от Демара до замка вальвассора, женой которого стала младшая сестра наследницы Ферета, было несложно. Пусть на юге метели не наметают высоких сугробов, пусть мороз не мешает путникам, пробирая до костей и заставляя мечтать лишь о том, чтобы погреться у очага, всё-таки ехать со свитой можно было бы лишь  по дороге, более менее пригодной для того, чтобы двигаться верхом, прихватив с собой, возможно, экипаж или повозку…
Жумо не долго думал о том, где именно следует устроить засаду. Леса, как в Коломбане, так и в Ферете, он знал совсем неплохо. И прекрасно представлял себе все повороты извилистого пути, все перелески и тёмные, почти непроходимые, заросли.
Сидя на спине Лукилл – так звали его норовистую, но, вместе с тем, выносливую мышастую кобылу – бастрад наблюдал за тем, как топоры со звоном вонзаются в дерево.
Своё дело Локуты знали – ни подгонять их, ни отдавать дополнительных приказов, не требовалось. Сколько уж путешественников они остановили подобным способом…
Наконец, высокое раскидистое дерево рухнуло за землю, и лошадь Жумо испуганно вскинула голову. Главарь разбойников лишь рассеянно коснулся рукой в тонкой кожаной перчатке её шеи, успокаивая и заставляя оставаться на месте.
Только что прискакал гонец – Алаис выехала из города…
С самого начала, с того самого момента, как он пил вино в кабинете Жана Матье, Гаспар не сомневался, что дальше придётся действовать силой. План его выглядел до безрассудства смелым, однако  незаконный сын вальвассора Роаннэ был уверен, что иного выхода у него попросту нет. Или действовать так, как он наметил, или навсегда попрощаться с мечтами о том, чтобы оказаться в одной постели с Алаис и прибрать к своим рукам графство.
И тут уж стоило рискнуть.
…Свист арбалетных болтов. Ржание скакунов и предсмертные хрипы. Всем этим  Гаспара было не удивить. Эта была его привычная, можно даже сказать, обыденная, жизнь. Бастард выжидал, скрытый облетевшими ветвями кустарника. Его люди стреляли из укрытий, в большинстве своём оставаясь невидимыми для противников. Впрочем, преимущество, что давала неожиданность, сыграло и сейчас не последнюю роль. Пусть охрана графской дочери и поняла, что их поджидает засада, но вот сделать ничего всё равно не успела – момент нападения выбирали Лоскуты, и стражники попросту не имели возможности ввязаться в ближний бой.
Жумо, не отрываясь, следил за тем, как его арбалетчики поражали свои цели. Как падали спутники девушки на взрытую конскими копытами и уже окрашенную кровью зимнюю дорогу. Слышал предсмертные крики и почти физически чувствовал, как паника захлёстывает путников.
… Подбитый мехом плащ упал облетевшие ветки низкой молодой поросли – этот буйно разросшийся подлесок покрывал почти всё пространство между толстыми стволами вековых деревьев с шершавой растрескавшейся корой. А затем Гаспар дал Лукилл шенкеля, и породистая кобыла сорвалась с места в галоп, вылетая из леса на дорогу и пересекая путь скакуну Алаис.
- Вы так сильно спешите, благородная шира? – в голосе не было ни тени насмешки, лишь искреннее любопытство.  Он натянул поводья, осадив лошадь, и вытащил из ножен короткий меч. Следом за Жумо из леса показалось ещё трое разбойников. Один из них, изловчившись, схватил поводья жеребца графской дочери.
- Лучше вам не рыпаться, Ваша Милость. Чтобы не оказаться в положении портовой девки, - отточенный клинок был направлен точно на девушку. Бастард неторопливо подъехал к ней – так, что холодный металл едва не коснулся её шеи.
Сзади, за поваленным деревом, шла бойня. Лоскуты добивали раненых.

+1

4

Мыслей как таковых не было ни единой. Лишь рваными клочьями проносились их обрывки в голове Алаис. Она еще не успела осознать, что произошло.
Все видела. Все слышала, но не поняла до конца. Лишь один животный страх, который подстегивал не хуже свистящей плети.
“Бежать… Прятаться… Боги…”
Зимой на юге и не слишком-то, в общем холодно. Снега Алаис, к примеру, никогда не видела, но отец рассказывал, что когда был совсем еще мальчишкой, однажды наблюдал настоящий снегопад…
Копыта Аверса вспарывали землю, вихрем разносилась в разные стороны жухлая листва.
“Боги…”
Они не успели доехать и до поворота, что находился футах в двухста от поваленного клена, как дорогу им перегородила мышастая кобыла, заставив Аверса, который еще не успел перейти на рысь - негодующе загарцевать на месте, всхрапывая и мотая головой.
Тяжело дыша - как если бы Алаис сама пробежала это расстояние - девушка подняла испуганный взгляд на всадника преградившего им дорогу, и ей стало совсем нехорошо.
Гаспар Жумо.
Это он напал на них. Его люди убили Леона. Остальных…
Он убьет и её...
Если поначалу, Алаис лишь слегка потряхивало, то сейчас, любому было заметно, как графская дочь трясется всем телом. Но не от страха… Не только из-за него.
Руки… пальцы окончательно перестали её слушаться, а потому, она без сопротивления позволила выхватить у нее из рук поводья. Но вид этого ублюдка, дворового пса! что посмел поднять на нее руку, все же чуть отрезвил, приглушил страх перед ним.
Гневно хлопнула по лезвию меча тыльной стороной ладони в попытке отвести острие от своего горла. Выдохнула. Постаралась собраться с мыслями, придать себе более собранный вид.
Если он решил так ее напугать, то демона ему взад, а не её  унижения и мольбы отпустить. А если убить… то тем более!
Вместе с этой мыслью, пришло осознание того, что оцепенение вызванное паникой сошло на нет.
- Сукин сын! Ты убил их! - приподнялась в стременах. - Будь ты проклят, безродный ублюдок! Когда отец узнает! Твари…
Договорить ей не дали...

+1

5

Мало чего нового происходит под луной. А уж злость, отчаяние и ненависть Гаспару приходилось видеть не раз и не два за свою, пусть не слишком длинную, жизнь. Так что подобным его точно было не удивить. Не испугать. И не впечатлить.
- Твой отец узнает очень скоро.
Это было констатацией факта, не больше. Ни намёка на браваду, ни тени самолюбования.
Возможно,  время и тому, и другому ещё придёт. Но не сейчас.
Сейчас Жумо просто делал своё дело, прекрасно зная, что отвлекаться – во всяком случае, пока они не будут в относительной безопасности - нельзя. Любой бандит должен понимать, когда  можно давать волю эмоциям, думая о своём, а когда следует все свои силы направлять лишь на то, чтобы остаться в живых, разобравшись с противниками. Иначе он сам очень скоро превратится из хищника в добычу.
Клинок слегка отклонился вниз, но лишь потому, что в данный момент бастард не собирался убивать девушку. Он лишь хотел показать, что сопротивляться бесполезно.
   …В его планы действительно входила ещё одна встреча с Жаном Матье. Чуть позже, конечно.
Мгновение-другое Гаспар смотрел в упор на наследницу Ферета.
А заем убрал меч в ножны. И сжав в кулак руку в перчатке – пришлось слегка тронуть сапогами конские бока, чтобы Лукилл подошла ещё ближе к жеребцу Алаис – от души ударил девушку по  лицу, выбивая её из седла.

    Лоскуты, особенно те из них, кто принимал участие в этой вылазке, не первый день жили на свете. Они прекрасно знали, что делать.
Охрана ширы была перебита – все, до единого человека. Мелочиться и просить выкуп за них Жумо не намеревался. А раз так – толка-то возиться с пленными?
Алаис стянули за спиной руки грубой верёвкой, а затем бросили поперёк седла на лошадь главаря.
- Хороша девица, - хохотнул один из бандитов, но, натолкнувшись на взгляд Гаспара, моментально замолчал.
- Поехали, - бастард пришпорил Лукилл, поднимая её в галоп, и от души шлёпнул Алаис пониже спины.

   Скачка была изнурительной и долгой. Свернув с дороги Лоскуты привычно рассыпались по лесу, петляя среди стволов деревьев и продираясь через кустарники, чьи ветви так и норовили вцепиться в одежду. Слишком уж гнать лошадей через эти заросли было попросту нереально, и вскоре уже они перешли на рысь, а затем и вовсе стали двигаться шагом.
Зимний лес молчал. Лишь изредка можно было услышать скрип старых деревьев да хриплые крики воронов, что чертили круги над всадниками.
Они ненадолго остановились у покосившихся ворот старой крепости.
Многие из тех, кто имел знатное происхождение, отчаянно нуждался в деньгах. Одного из таких вальвассоров и отыскал Жумо. Он платил деширу, а тот давал кров разбойникам в стенах своего замка. И каким бы старым замок этот ни был, это всё же совсем не то, что ютиться где-нибудь в лесу или на постоялом дворе.
   Алаис грубо схватили за плечи и дёрнули вниз. Впрочем, упасть не позволили. Один из бандитов взвалил её на плечо и понёс через мощёный камнем двор. Пинком ноги отворил скрипящую дверь ветхой постройки, а затем, не церемонясь, кинул графскую дочь в стог сена. И почти сразу вышел. Было слышно, как он задвигает деревянный засов снаружи.
Здесь было теплее, чем на улице. И по негромкому всхрапыванию лошадей можно было догадаться, что  девушку притащили на конюшню.

+1

6

Алаис успела выставить вперёд руки, и лишь это смягчило соприкосновение её головы с торчащим из земли растрескавшимся от времени корнем дерева. Взрытая копытами скакунов и покрытая опавшей листвой земля, также не позволила девушке расшибиться. Левая скула по которой пришёлся удар наливалась тяжестью. Вышло это все настолько неожиданно, внезапно и обидно, что Алаис, ошарашенная и оглушенная падением и ударом, не сопротивлялась, когда ей связали за спиной руки и закинули - точно мешок муки - главарю на седло. Увесистый хлопок пониже спины, тоже не вызвал никакого недовольства с её стороны, девушка, разве что ногами дрыгнула…
Потрясение оказалось настолько велико, что графская дочь начала приходить в себя только тогда, когда копыта лошадей зацокали по мощеному замковому двору. Впрочем, то, что они приехали именно в замок, Алаис поняла лишь когда её стянули с лошади, едва не уронив головой на тёмные булыжники. Широкий свисающий на лицо капюшон зелёного плаща на миг рванули в сторону, и Алаис разглядела серые, поросшие мхом замковые стены, светленькую пухленькую служанку, что ворковала с одним из её похитителей… но рывок, и девушка вновь висит головой вниз. А после, ещё одно падение, но уже на что-то мягкое, но колючее.
Когда исчезла из-под хлипкой двери тень… Когда стихли торопливые шаги и мужской гогот… Когда наступила тишина, нарушаемая одним только приглушенным лошадиным всхрапыванием... а ноздри защекотал запах прелой соломы и конского навоза, только тогда Алаис, наконец, окончательно пришла в себя.
Скула и затылок пульсировали тяжёлой, горячей болью, и каждое движение отзывалось все новыми её вспышками, так что передвинуться или попробовать освободить руки девушка прекратила после первых же попыток.
Зачем она понадобилась Гаспару Жумо?
Ответов на этот вопрос было слишком много, и чем больше Алаис об этом думала, тем более захлестывало её осознание того, что вряд ли она покинет это место живой. Она задела гордость это больного подонка, он перебил всю её стражу, и уж сейчас, когда она полностью в его власти, может делать с ней все, что будет угодно его тёмной, не знающей пощады душе.
Первый шок прошёл. Но вызван он был не всей этой ситуацией, в которую она попала, но именно тем, что на неё подняли руку.
На неё!  Никогда!  Никто!  Не смел! Поднимать! Руки!
Никто!
А здесь, какой-то ублюдок…
Страха, именно опасений за свою жизнь, как ни странно, Алаис пока не испытывала. Скорее, понимала, что бастард и его люди, действительно, способны на все. Это не пугало девушку, но привело в ярость. И тем не менее, когда через какое-то время - глаза как раз успели привыкнуть к свету настолько, чтобы разглядеть ведро, несколько мешков в противоположном углу - дверь распахнулась, впуская в тёмное помещение дневной свет, отозвавшийся болью, заставивший зажмуриться, и Алаис, шипя от боли забилась подальше в угол...

Отредактировано Alais Mathieu (2018-02-02 21:39:46)

+1

7

- Здравствуйте, Ваша Милость.
Как ни странно, в голосе не было ни намёка на насмешку. Гаспар, зайдя на конюшню, поклонился девушке с таким видом, словно вновь прибыл с визитом в Демар.
Он уже успел побывать в своих покоях – точнее говоря, в помещении, где низкий потолок поддерживали старые покрытые копотью деревянные балки, вдоль каменных стен гулял сквозняк, а топить камин приходилось едва ли не целыми днями даже здешней мягкой зимой, чтобы комната окончательно не выстудилась. Там Жумо оставил плащ, который его люди, конечно же, не бросили валяться в лесу и поспешили вернуть главарю, как только со спутниками Алаис было покончено, и небольшой отряд, захвативший девушку, направился к стенам этого обветшалого замка. И там же выпил пару кубков лёгкого красного вина, чтобы утолить жажду после скачки. Впрочем, бастард не чувствовал себя усталым, как и не хотел есть. Пока что у него были дела куда более важные. Сейчас – Гаспар был в этом уверен – на кону стояла судьба графства Ферет. И он уже ввязался в драку за эти земли, отступать было поздно. Да и, признаться, некуда. Если проявить слабость, отец его пленницы достанет похитителя из-под земли, тут даже сомневаться не стоило…
- Боюсь, вы бы не приняли моё приглашение, если бы я со всей подобающей вашему происхождению учтивостью пригласил вас посетить моё скромное жилище. Поэтому мне не оставалось ничего другого, как действовать силой.  Не слишком вежливо, зато… - он чуть заметно пожал плечами, - эффективно. Не так ли?
На конюшню Жумо пришёл не один. Его сопровождал молодой парнишка по имени Одилон, который остановился, едва перешагнув порог и притворив за собой дверь, чтобы не впускать холодный воздух.
Судя по всему, Гаспар не рассчитывал, что девушка поддержит беседу – он не стал дожидаться ответа, неторопливо подошёл к Алаис и присёл на корточки возле стога сена, с мимолётным неудовольствием отметив про себя, что на новые сапоги из вывороченной телячьей кожи успела налипнуть прелая солома.
- Ладно, шутки в сторону. Если хочешь, я могу развязать тебе руки, потому что сбежать отсюда у тебя вряд ли получится. Во всяком случае, без посторонней помощи. А никто из моих людей помогать тебе не станет, потому что каждому прекрасно известно – если кто-нибудь только подумает сделать что-то подобное, я привяжу его к двум скакунам, а потом велю погнать одного на запад, а второго на восток.
Он вытащил из-за голенища отточенный нож и протянул руку, коснувшись лезвием щеки девушки.  Взгляд светлых глаз Жумо был непроницаемо-спокойным, но вместе с тем пристальным и заинтересованным. Так ребёнок, которого не удивишь никакими подарками, может рассматривать игрушку, что случайно привлекла его внимание.
- У тебя будет шанс решить всё к общему удовольствию, не заставляя меня быть излишне жестоким. И мы даже можем обсудить всё за ужином. А сейчас повернись, я перережу верёвку.
Одилон переступил с ноги на ногу, шмыгнул носом – кажется, он был простужен – и одобрительно хмыкнул. Судя по всему, он знал, с какой целью Гаспар похитил девицу. Бандитам частенько приходилось иметь дело с крупной дичью, но авантюра, задуманная их главарём теперь, не могла не вызывать восторга…

+2

8

Вошедший, а, вернее, один из вошедших в конюшню людей заговорил, и девушка тут же зло и широко распахнула глаза. Но разглядеть фигуру Гаспара Жумо, подлого убийцы и ее похитителя, Алаис смогла лишь через несколько мгновений, когда глаза попривыкли к наступившему вновь полумраку. Сопровождающий бастарда прикрыл за собой скрипнувшую проржавевшими петлями дверь.
Голова болела настолько сильно, что девушке приходилось делать над собой усилие, чтобы уловить каждое слово, дабы перебить шум стоявший в ушах. Она почти физически ощущала, как на левой скуле наливается синяк, а на затылке растет приличная такая шишка… Она не ответила ему и он продолжил говорить…
А что тут ответить?
“Эффективно.”
Алаис не то фыркнула, не то горько хмыкнула, не сдержав эмоций. Все те люди, пускай и бывшие ее охраной, люди исполнявшие свой долг, погибли из-за нее. Из-за того, этот способ или попытка встретиться с ней, показалась Гаспару Жумо самой эффективной. Несмотря на всю ненависть с которой Алаис буравила бастарда, она не могла найтись, что ему ответить, и, да. Ему удалось сбить ее с толку. Что тогда в городе у лавки пекаря, что сейчас, мужчина то вспыхивал гневом, то говорил с ней тоном таким учтивым, что от него едва не сводило скулы. Таким приторным он казался. Если в две, а если быть точной, три первые встречи Гаспар Жумо произвел на девушку впечатление этакого самоуверенного в себе сумасброда, не слишком дальновидного, поступки которого - дело рук его настроения и “хочу”. То сегодняшнее происшествие, заставило Алаис усомниться в своих мыслях на его счет. Зачем ему быть быть с ней учтивым теперь? Он не собирается убивать, как она подумала в начале. Иначе, зачем ему ужинать с ней?
Чем больше Алаис пыталась понять, что же бастарду от нее нужно, тем бредовее и бессвязнее становились  ее мысли, а если приплюсовать сюда еще и дикую головную боль…
Холодная сталь коснулась ее щеки. Но Алаис не отпрянула. Не стала молить о пощаде. Молча глядела на мужчину уничижительным взглядом.
“А сейчас повернись, я перережу веревку.”
Девушка тут же, неуклюже - сидела она на коленях, спиной у самого угла - повернулась, прикрыв глаза, но подавив всхлип, когда накатила очередная вспышка боли. Протянула руки, чуть наклонившись вперед, чтобы поднять их повыше. Несколько движений и веревка упала на солому. Алаис выпрямилась, осторожно потерла затекшие запястья, и только затем нарушила молчание.
- Я никуда с тобой не пойду. И тем более, не сяду за один стол, пока ты  не объяснишь, почему напал на нас… - голос дрогнул. Алаис прикусила нижнюю губу.
Перед глазами, совершенно отчетливо встала картина: Леон совсем рядом, а уже секунду спустя, повалился на землю, харкая кровью. Возможно, самым умным сейчас, было заткнуться и подчиниться, но Алаис не была бы Алаис, если бы поступила именно так.
- Если ты хочешь получить за меня выкуп, то ты просто идиот. Едва я окажусь дома, все узнают обо всем, а тебя и твоих людей, выкурят  из наших лесов и перетравят, точно поганых волков. - Замолчать? Нет… - Если хочешь убить, поглумиться. То давай, не тяни. Больше мыслей, зачем я тебе тут нужна, у меня нет.
Отчаянно захотелось плюнуть ублюдку в лицо, но этот порыв Алаис побороть удалось. Несмотря на растерянность от того, что она не знала чего ожидать дальше, неприязнь к этому человеку и желание поставить его на место, унизить оказалось сильнее. Поэтому Алаис, нет. Не плюнула. А ударила мужчину со всей силы кулаком по лицу, и … попала. Взвыла от острой боли в костяшках и прижала ушибленную правую руку к груди, съежилась в комочек, ожидая ответный удар.

Отредактировано Alais Mathieu (2018-02-07 10:31:40)

+2

9

Пожалуй, Гаспар ожидал чего угодно – только не подобной прыти от своей пленницы. Он был готов к слезам, угрозам и даже проклятиям, но вот к удару оказался не готов. Главарь Лоскутов как раз намеревался подняться, и ему с трудом удалось не упасть на утоптанный земляной пол конюшни. Он лишь успел кое-как схватиться за кладку каменной стены и не опрокинуться на спину. Нижняя губа была разбита – Жумо чувствовал привкус собственной крови во рту. Но вот боли он почти не испытывал.
Первым чувством было удивление – оказывается, бастарда на этом свете действительно могло что-то удивить, в чём он в последнее время, говоря откровенно, уже начал сомневаться. А затем, спустя каких-то пару мгновений, на смену этому удивлению пришёл кураж, отчаянный и злой. Судя по всему, с дочкой Жана Матье придётся повозиться подольше, добиваясь её покорности. Но разве это плохо?
Хватятся девушку ещё не так скоро, как, должно быть, ей хотелось бы.  Сестра будет думать, что Алаис задержалась в пути, отец предположит, что дочь уже добралась до нужного места, и начнёт тревожиться лишь тогда, когда она не вернётся домой к положенному сроку… Конечно, есть шанс, что кто-нибудь из путников обнаружит перебитую охрану на дороге, но Гаспар предусмотрительно приказал Лоскутам стащить трупы в кусты и закидать ветками…
Так то время в запасе имелось.
Можно было растянуть удовольствие.
- Одилон, - не оборачиваясь, Гаспар кивнул в сторону девушки, и разбойник, что замер у дверей – он не проронил ни звука, хотя, признаться, с трудом удержал смешок, когда главарь получил по морде и едва не извалялся в конском навозе -  понял бастарда без лишних слов. Торопливо приблизился к пленнице, схватил её за плечи, вынуждая встать, и заломил руку за спину, выворачивая запястье. Теперь любое резкое движение не помогло бы вырваться – оно лишь причинило бы Алаис лишнюю боль.
- Смело, - Жумо улыбнулся, слизнув с губы кровь.  Наклонился, чтобы поднять нож, только теперь заметив, что выронил его. – Но глупо.
Шагнул ближе , так, что мог бы дотронуться до наследницы Ферета, едва протянув руку. Но пока что лишь расстегнул плащ, нетерпеливо сбросив его с плеч девушки, а затем, когда тот бесформенной грудой соскользнул к ногам ширы – Одилон ещё поспешил отбросить его в сторону - подцепил лезвием край платья у самого горла. Рванул в сторону, надрезая плотную ткань. А затем свободной левой рукой дёрнул эту ткань вниз, с треском её разрывая.
- Мы, правда, могли бы договориться по-хорошему.
Гаспар всё ещё улыбался, когда убирал нож обратно за голенище сапога. И когда стал расстёгивать дублет, не спуская настойчивого взгляда с пленницы.
- Знаешь, я хотел ещё раз предложить тебе стать моей женой. Думаю, отец тебе рассказал, что именно с этим предложением я и приезжал в Демар. Но я решил подождать. Сначала я тебя поимею, как последнюю шлюху. Прямо здесь, на конюшне. И если это доставит мне удовольствие, то, возможно,  я и соглашусь потом стать твоим мужем. А если ты меня разочаруешь, мои люди, думаю, тоже не прочь будут позабавиться.
Вот теперь Одилон, стоя за спиной девушки, не постеснялся довольно хмыкнуть и потеснее к ней прижаться.

+2

10

“Смело.”
Алаис не питала иллюзий на счёт того, что ей удастся выбраться живой из этого места, ну или даже, если живой, то уж поиздеваются над ней хорошенько. А что потом?  Выкинут на улицу или в лес подыхать?  Решатся требовать с графа Ферет выкуп? Как бы то ни было, сдаваться так просто Алаис намерена не была.
Было ли ей страшно?
Ещё как!
Но что лучше? Сдаться, безропотно позволить делать с собой все, что угодно, закусив губу и лишь в мыслях проклиная своих обидчиков последними словами? Или до последних своих сил бороться за свою жизнь? Естественно, был и третий вариант, попытаться договорится, но слишком уж Алаис была вспыльчива, и слишком часто её чувства затмевали разум. Вот и сейчас, когда бастард протянул к ней руку и щелкнул защелкой на броши, намереваясь освободить её от плаща, девушка пнула его… Вернее, попыталась. Но эта сволочь стояла слишком далеко. А его подручный - спасибо и на том, что держал он её не за ушибленную руку - завернул её другую руку за спину так, что каждое лишнее движение отзывалось болью и в ней.
А вот когда мужчина коснулся лезвием её груди, скрытой платьем, Алаис на миг притихла. Задрожала от нахлынувшего осознания того, что с ней сейчас сделают.
Треск ткани. Серая ткань лифа разъехалась на две половины, явив полутьме конюшни и бастарду вальвассора плотную белую ткань нижнего платья, расшитую серебряной нитью по горловине.
Прерывистый девичий всхлип.
Бастард убрал нож. Заговорил снова, попутно расстегивая крючки дублета. Стянул и небрежно кинул его на землю. Туда, где уже лежал плащ Алаис. Затем последовали завязки на рукавах, горловине…
А что Алаис?
Она, не желая, да и не в силах мириться с тем, что с ней хотят сделать, со всей силы наступила державшему её парню на ногу. Тот сдавленно вскрикнул, ослабил хватку, но добычу не отпустил.
- Ублюдок ты! Слышишь?! Ничего он мне не говорил!  - Девушка снова попыталась достать Гаспара ногой. - Мр-разь! Я сама все слышала! Сама! И никогда не выйду за тебя! Ублюдок! - Алаис кричала во весь голос - терять ей уже было нечего,  а из глаз текли горькие, бессильные и злые слезы… - Сукин сын!  Я все равно останусь дочерью графа! А вот ты - сын шлюхи! И им и подохнешь! Чтоб ты сдох!!!
И резко подавшись вперёд, девушка плюнула Гаспару в лицо...

Отредактировано Alais Mathieu (2018-02-09 15:26:24)

+2

11

Лицо Гаспар вытер рукавом сорочки из тонкого полотна, которую обычно носил под дублетом. Несколько мгновений задумчиво смотрел на девушку – взгляд светлых глаз был пристальным и внимательным. Так, словно бастард боялся упустить хоть что-то, словно ему был важна любая мелочь и любая деталь, которые он стремился сохранить в памяти.
- Когда-нибудь мы все сдохнем, - он произнёс это почти печально. А затем вдруг вновь улыбнулся. И в этой улыбке можно было заметить не столько веселье, сколько азарт, который обычно горячит кровь получше самого дорогого, самого изысканного вина.
К слову о вине… Сейчас Жумо определённо был бы не против пропустить кубок-другой.
Но отсылать Одилона показалось не самой лучшей идеей. Поэтому он неторопливо прошёл к выходу, толкнул дверь – холодный ветер вновь ворвался в тёплое помещение – и распорядился:
- Принесите выпить. Ну, и  пожрать чего-нибудь. Поживее.
Слегка передёрнул плечами – замёрзнуть главарь Лоскутов пока не успел. Но всё равно воздух казался холодным и влажным, вызывая зябкую дрожь.
Дверь вновь закрылась. И Гаспар неторопливо приблизился к девушке, которую Одилон держал всё так же крепко.
- Моя мать не шлюха. Простолюдинка – да. Но и только. А вот твоя, думаю, с удовольствием раздвинула бы ноги перед любым из нас. Вряд ли твой папаша в силах доставить ей хоть какое-то удовольствие…
Гаспар на миг отвёл глаза.
- Извини. Эта шутка была неудачной. Нет, правда, Нехорошо шутить о твоей матери в такой момент. То, что происходит сейчас, будет касаться только нас. Ну, может, Одилона и ещё нескольких Лоскутов. Ты же слышала о Лоскутах, верно?
Он уверенно взялся за расшитую серебром горловину нижнего платья, а затем рванул её вниз. И уже в следующий момент накрыл губы девушки требовательным жарким поцелуем, стараясь, как можно глубже проникнуть в её рот языком. 
… Ей было некуда деваться – бастард даже не сомневался. И это понимание не могло не возбуждать, ведь осознание собственной безнаказанности всегда кружило ему голову.   
Впрочем, поцелуй продолжался недолго. Жумо всё-таки отошёл на шаг, чтобы скинуть с себя рубашку и разобраться с завязками штанов.
- Ты знаешь, мне нравится, когда кричат и вырываются. Так что не сдерживай себя.
Он чуть наклонился, чтобы схватить подол юбки Алаис и резко задрать её вверх.
И почти сразу горячие пальцы до боли стиснули бедро наследницы графства Ферет.
   … Один из разбойников – бородатый мужчина лет тридцати – вошёл в конюшню. Окинул равнодушным взглядом происходящее – судя по всему, подобные сцены были для него не редкостью – и аккуратно поставил на пол поднос, на котором красовался глиняный кувшин в окружении ломтей хлеба и сыра.

+1

12

На плевок бастард не ответил. Алаис интуитивно ожидала, что за ним последует удар ли, оскорбление, но ничего не произошло. Абсолютно ничего…
Вяло дернула рукой которую держал молодой сообщник Гаспара, тряхнула головой, окончательно растрепав остатки прически - тонкая изогнутая серебряная шпилька с крупной жемчужиной на конце упала вниз, им под ноги, сверкнула и затерялась в рыхлом сене - и длинные, волнистые волосы рассыпались по ее плечам и груди темным водопадом. Ей уже было плевать. Плевать на все. Пусть изобьет в кровь или удавит, пускай отдаст своим людям…Он способен на это. Способен. Она видела это в его глазах. Чувствовала это!  Главной мыслью, точно жилкой стучащей в голове Алаис, было задеть, сопротивляться, обозвать побольнее! Но только не молчать!!! Пусть бьет! Пусть смеется над ее жалкими попытками, пусть! Пусть… но лучше так…
- Подонок… - процедила сквозь зубы, когда бастард упомянул ее мать. - Шлюхи - ваш предел!
Ядовито выплюнула, не желая слушать продолжение и вообще все, что он там пытается донести. Кажется, он извинился??!
- Да пошел ты ко всем… НЕ-ЕТ!
Он не дал ей договорить. Вновь послышался жалобный треск ткани и испуганный, безнадежный девичий всхлип…
Теперь, едва прикрытая обрывками белого платья, виднелась оголенная грудь Алаис с затвердевшими от холода и страха темными сосками. А в следующее мгновение, эта скотина, воспользовавшись оцепенением, в которое впала на доли секунды девушка, накрыл ее губы жадным поцелуем. Она чувствовала его язык, его влажные губы на своих, и… это было невыносимо. Невыносимо омерзительно… и… стыдно!!!
Клацнули зубы.
Но Гаспар Жумо отстранился вовремя, так что зубы вхолостую щелкнули у самого его лица.
- Выблядок! Н-НЕНАВИЖУ!!! - девушку била крупная дрожь.
Она дернулась снова, но Одилон сильнее завел и вывернул ее руку за спину, второй обхватив девчонку за талию.
- Сдохни! Сдохни! Сдо-охни-и!!! - завопила Алаис одновременно и от боли, и того зрелища: мужчина стянул и кинул в угол рубашку, затем, словно бы нарочито медленно, принялся за завязки своих штанов. - Не-ет!!!
Открылась дверь. Пахнуло свежим, но холодным воздухом. Разглядев сквозь застлавшие глаза слезы вошедшего мужчину, Алаис протяжно всхлипнула. “Твари. Ублюдки!!! НЕНАВИЖУ!”
Прикрыла глаза, но практически сразу же их распахнула, вскрикнула. Гаспар стоял совсем рядом, сжимая пальцами, до боли, ее бедро. Не раздумывая ни секунды, Алаис схватила его за волосы свободной ушибленной рукой, игнорируя острую боль пронзившую кисть, и со всей силы дернула вниз, одновременно ударив насильника коленом в пах.

Отредактировано Alais Mathieu (2018-02-14 05:34:35)

+1

13

Лучше всего было то, что Алаис ему действительно нравилась. Гаспар захотел её в тот самый момент, как только встретил в лесу.
Конечно, если речь идёт о том, чтобы получить Ферет,  он согласился бы поиметь любую девицу – будь она хоть рябой, хоть одноглазой, хоть хромой.
Но ведь и о возможности завладеть графством он стал думать лишь после того, как сумел осознать, насколько сильно его тянет к этой девушке.
Хотелось бы Жумо добиться взаимности от дочери Жана Матье? Конечно, хотелось бы… Пожалуй, он был бы не против остаться с ней наедине в спальне, где горели бы свечи, а постель заранее заправили бы чистым прохладным белоснежным бельём. Где ничего не мешало бы Алаис смириться с неизбежным и принять то, что ей суждено провести свою жизнь рядом с Гаспаром. Бастард редко бывал особенно нежным с женщинами, но порой был готов доставить им удовольствие – и его пленница как раз оказалась одной из тех, чья нежность, подаренная добровольно, вопреки разделяющим их предрассудкам, мнению её родни и пролитой Лоскутами крови, стала бы незаконному сыну вальвассора Роаннэ  особенно приятной.
Проблема состояла в том, что ему требовалось Алаис сломать. Дать понять, что ни теперь, ни когда-либо потом, она не должна проявлять характер. Что и боль, и унижение будут возвращаться всякий раз, как она только подумает о том, чтобы поступить вопреки воле Гаспара…
Он лишь на миг отвлёкся, проследив взглядом за разбойником, что, выполняя его же распоряжение, принёс на конюшню вино и немудрёную закуску.
Впрочем, этого было довольно для того, чтобы Алаис буквально воспользовалась его советом  - положим, она не кричала, но вот сопротивляться продолжила.
Жумо даже успел в очередной раз улыбнуться, когда пальцы девушки сжали его волосы на затылке, и уже готов был схватить её за шею, чтобы перекрыть поток воздуха, заставляя ширу вымаливать возможность вздохнуть ещё хотя бы раз. Обычно это отрезвляет, заставляет понять, что показывать норов – себе дороже.
Но в этот момент последовал удар. Точнее говоря, сам удар бастард не заметил. Он лишь ощутил жаркую парализующую вспышку боли. Эта боль мешала и двигаться, и думать -  перед глазами пульсировали яркие белые пятна,  а реально оценивать происходящее казалось попросту невозможным. Сколько это продолжалось, Жумо не смог бы ответить. Но когда боль стала отступать, когда он вновь начал соображать и хоть как-то отдавать себе отчёт о происходящем, то понял, что Одилон всё ещё держит дочь Жана Матье, как и прежде, заламывая ей руку за спину.
Гаспар выпрямился. Судя по всему, после удара он согнулся, схватившись за низ живота и надеясь, что боль вот-вот отступит.
И вот она отступила. Не исчезла, но стала почти терпимой, слегка притупившись.
Бастард шагнул к подносу, что недавно принёс один и Лоскутов. Сделал несколько долгих глотков из кувшина – пара красных капель упала на грудь Гаспара – а затем вернул сосуд на место и вновь подошёл к наследнице графства Ферет.
- Я думал, ты всё-таки умнее.
А затем он ударил её в солнечное сплетение – удар вышел почти без замаха, коротким, прямым. Потом он кивнул Одилону на кучу старого сена.
Молодой бандит, пожалуй, был рад отделаться от этой девицы, тем более, что до последнего момента и понятия не имел, не придётся ли ему отвечать за то, что она оказалась такой прыткой. Так что дважды повторять не требовалось.
Он толкну девушку на этот невысокий стог и отступил на шаг…

+1

14

Попала…
Мужчина согнулся, прижимая руки к отбитому месту, и Алаис поспешила разжать пальцы. Отстраненно, но при этом, не без искреннего удовлетворения отметив, что вырвала тонкий клок тёмных волос. Тряхнула рукой и они упали им под ноги…
Как долго царила в конюшне тишина, прерываемая тяжёлым дыханием, фырканьем лошадей, да шуршанием слежавшегося, но взбитого ногами присутствующих сена? Может десяток ударов сердца, а, может, и сотню. Во всяком случае, для Алаис каждое мгновение тянулось вечность. Бить или пинать бастарда ещё раз она не стала. Вернее будет сказать, ей это не позволили сделать. Одилон заломил её руку, судя по ощущениям, до предела и прижал девушку к себе на случай, если та захочет добить подбитого главаря Лоскутов. Так что, она просто стояла и ожидала, как и оба бандита, что же произойдёт дальше.
А дальше, Гаспар Жумо с кривой улыбкой на перекошенном от боли и злобы лице - так показалось Алаис - выпрямился. Шагнул к подносу, поднял с него пузатый глиняный кувшин. Что в нем было налито, девушка не знала, но глядя на то, как бастард делает глоток за глотком, неожиданно поймала себя на том, что ей очень хочется пить. Но просить этого гада об этом теперь? Алаис с досадой поджала губы, шмыгнула носом, сглотнула.
Утолив жажду, бастард, все столь же неспешно, и осторожно - ха! Сволочь! Так тебе и надо! - подошёл к Алаис, но на этот раз и взгляд его, и тон его голоса.- хотя в них практически ничего не изменилось - и тяжёлое, глубокое дыхание заставили девушку вжаться спиной в грудь держащего её разбойника.
Она даже не заметила, как он нанес удар…
Она даже не успела… не смогла вскрикнуть! Из глаз брызнули слезы и Алаис ничком повалилась на сено, прижимая колени к животу. Она беззвучно раскрывала рот в тщетных попытках сделать хотя бы крошечный вдох. Поддавшись панике, загребала пальцами сено, словно пытаясь ухватиться и выдернуть себя из лап боли и агонии. Из лап приближающейся смерти… потому, что она хотела жить! Несмотря на гордость и браваду, она хотела жить. Не задохнуться здесь, в этой грязной конюшне! Не подохнуть точно забитая насмерть собака в своих же испражнениях, но жить… потому, что эта мразь должна ответить за все то, что он сотворил. Левая ладонь загребла очередную охапку сена, и острие шпильки кольнуло ладонь Алаис. Девушка уже дышала. С громкими всхрипами жадно глотала спертый воздух. Медленно повернула голову к бандитам и не убирая с лица спутанных прядей, тихо проговорила:
- Они… - слова перемежались судорожными вдохами. - Они… будут смотреть?
Глядела она только на Гаспара.
- Ты… унизишь… себя. Они… каждый… будет говорить о том… - Алаис обхватила правой рукой верх живота выпрямилась. Теперь она просто стояла на коленях, прикрыть оголенную грудь девушка и не пыталась, словно, напрочь забыла о разорванном платье. - Каждый в своих мыслях… за твоей… спиной… будет обсуждать твою жену… хороша ли. Пусть… пусть они уйдут. А я сделаю все… все, что захочешь. И... я хочу пить.

+1


Вы здесь » Virizan: Realm of Legends » Сегодня в наших сердцах » Укрощение строптивой.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC